— Ничего не будет.

— Почему?

— Ево… свой шкура спасать нада…

Сережа ничего не понял из ответа Ануш и поэтому спросил:

— А почему он на меня накинулся? Я же ему ничего не сделал. И всегда он на нас, пионеров, смотрит, как зверь. Мимо идешь — так и кажется, что ударит.

— Почему, почему, — проворчала Ануш и вдруг, понизив голос, зашептала: — Чужой совсем… темный человек. Все на селе — светлый человек. Кто он? Что делал? Чем живет? Все знаем!.. Один Фаносопуло — ничего не знаем… Два года назад весной пришел. Ночью. Как шакал пришел. Вечером не был. Утром — уже живет… Горы ходит — неделя нет. Что делал?.. А в горы, знаешь, кто есть?.. Бандит прячется. Вот кто. Милиция в горы и то боится, да… Фаносопуло не боится. А?.. Весной соседки племянник приехал, комсомолец. Говорит: в станица Полтавская у кулаков имущество описывал. Один богатый кулак Константиниди, когда стали молотилки отбирать, машину… знаешь, такой черный, труба торчит… трудно называется…

— Локомобиль, — подсказал Сережа.

— Правильно говоришь. Все знаешь. Как мой внук Карпуша… У него три молотилки было. Косилки, сеялки, всякий инструмент — пальцев не хватит пересчитать! Вот какой богатый был Константиниди… Так он схватил ружье и — бум! бум!.. — чуть не пострелял всех. Вот как. Его милиция взяла в Ростов…

— А при чем тут Константиниди? — перебил ее Сергей.

— Ай, Сережа! Голова Ануш совсем плохо думать стала. Сказать забыла. Племянник в селе Фаносопуло увидел. Говорит: очень похож на Константиниди! Совсем похож. Только фамилия другая. Я, говорит, еще посмотрю, может, это он и есть?..

— А чего ж он его в милицию не оттащил?

— Как оттащил? В горы ушел Фаносопуло. Две недели дома не был. Племянник пожил и в город уехал. Отпуск кончился.

— Тетушка Ануш, а милиция знает?

— Все Сурену племянник говорил. Сурен потом Фаносопуло документ проверял.

— А почему Сурен его не арестовал?